Каковы перспективы развития индустрии охраны окружающей среды в Китае?

Тренд первый Корректировка политики Самокоррекция и взвешенный импульс За последние два года наиболее часто звучит утверждение о том, что отрасль охраны окружающей среды переживает важный поворотный момент. На самом деле за этим общенациональным сдвигом скрывается соответствующий сдвиг — точнее, корректировка — в сфере государственной политики. Никакая отрасль не может успешно развиваться исключительно на основе поспешных мер; период бурного роста обычно длится около пяти–десяти лет, что примерно соответствует одному–двум пятилетним плановым циклам. По истечении этого периода отрасль вступает в стадию корректировки, обусловленную тем, что общество в целом — вместе со всеми заинтересованными сторонами — осуществляет самокоррекцию и стратегические переговоры. Каждая из сторон имеет как стимул, так и необходимость осмыслить опыт прежнего стремительного роста и связанные с ним вызовы и соответственно внести необходимые изменения.

Тренд один

Корректировка политики

Самокоррекция и осмотрительные действия

За последние два года наиболее часто звучит утверждение о том, что отрасль охраны окружающей среды переживает масштабную трансформацию. На самом деле за этим общеотраслевым сдвигом скрывается соответствующий сдвиг — точнее, корректировка — в сфере государственной политики.

Никакая отраслевая политика не может быть реализована в спешке; период для быстрого развития обычно составляет примерно пять–десять лет — то есть около одного–двух пятилетних плановых циклов.

В дальнейшем отрасль переживёт период корректировки, обусловленный процессом самокоррекции и стратегических переговоров в рамках более широкого общества — включая всех заинтересованных сторон. У всех участников есть как стимул, так и настоятельная необходимость проанализировать накопленный опыт быстрого роста и принять во внимание возникшие вызовы, а также скорректировать свои подходы.

В 2013 году Государственный совет опубликовал «Десять мер по предотвращению и контролю загрязнения воздуха»; спустя два года, в 2015‑м, были приняты «Десять мер по предотвращению и контролю загрязнения воды»; а ещё через год — «Десять мер по предотвращению и контролю загрязнения почвы».

Ветеран отрасли охраны окружающей среды — к 2015 году уже имеющий за плечами двадцатилетний стаж — с долей самоиронии пошутил на конференции, организованной одной из публичных компаний, активно занимающихся экологическими вопросами: «Обнародование этих „трёх десятибалльных мер“ действительно ознаменовало наступление золотого века для сектора охраны окружающей среды».

После того как на протяжении двух десятилетий его в шутку называли «индустрией восходящего солнца», он наконец по‑настоящему заслужил это звание, наконец‑то дождавшись долгожданного «открытия шлюзов» для трёх рынков стоимостью триллион долларов.

«Чем больше вода, тем крупнее рыба» — в этом мощном потоке некоторые компании установили для себя цель по выручке в 100 миллиардов.

Хотя это и может показаться чрезмерно амбициозной целью, установить планку в сотни миллиардов на рынке стоимостью триллионы — или даже десятки триллионов — отнюдь не фантастично. На самом деле именно к такой цели стремятся многие компании и инвесторы.

(В рамках общей тенденции достижения углеродной нейтральности экспорт китайского опыта в сфере охраны окружающей среды за рубеж представляет собой значительную деловую перспективу на будущее. Однако, учитывая наши нынешние промышленные возможности, до её реализации ещё предстоит проделать немалый путь.)

Однако в тот период — будь то с точки зрения государственной политики, рыночных условий или общей отраслевой конъюнктуры — можно было сказать, что сектор охраны окружающей среды переживал свой золотой век.

Как только множество компаний нажали на педаль газа, готовые разогнаться и устремиться вперёд, они внезапно столкнулись с обрывом — необходимостью сокращать долговую нагрузку. К тому моменту, когда они попытались взять ситуацию под контроль, было уже слишком поздно, и им не оставалось ничего другого, как ринуться в пропасть.

Многие компании по‑прежнему борются с трудностями.

Однако даже при отсутствии внезапной и резкой волны дедолларизации любое предприятие, идущее вразрез как с надёжными принципами ведения бизнеса, так и с законами технологического развития, неизбежно оканчивается полным хаосом — словно игра в «стулья», где в конечном счёте кто‑то вынужден нести последствия.

Это не ретроспектива; напротив, это отражает давно сложившийся консенсус ведущих предпринимателей и инвесторов отрасли, которые делали подобные прогнозы ещё до того, как разразился скандал вокруг программы PPP. Их трезвый взгляд на бизнес‑динамику и тенденции государственной политики позволил им избежать серьёзных негативных последствий.

(Однако в тот момент, когда все вокруг давили на педаль газа, вы нажимали на тормоз — что неизбежно порождало недопонимание среди акционеров. Именно в такие моменты по‑настоящему проверяется стойкость и выдержка предпринимателя.)

Несмотря на замедление в отрасли охраны окружающей среды вслед за процессом снижения уровня задолженности, она по‑прежнему демонстрирует устойчивый рост. Объём китайского рынка охраны окружающей среды увеличился с 1,11512 трлн юаней в 2016 году до 1,93004 трлн юаней в 2020 году, что соответствует совокупному среднегодовому темпу роста в 14,7%.

С начала реализации Четырнадцатой пятилетки многие отмечают, что отрасль стремится ускорить темпы развития, однако ей сложно выйти на запланированные показатели раньше срока.

За этим стоит смена политики — от наступательной позиции к оборонительной.

Оглядываясь на последние два‑три десятилетия развития отрасли охраны окружающей среды, мы порой отставали, сбивались с пути или даже допускали принципиальные ошибки в своей политике. Однако, к счастью, у нас есть мощный потенциал для коррекции ошибок и саморефлексии.

Никто не способен выполнить всё идеально с первого раза; главное — последовательно решать возникающие проблемы по мере продвижения вперёд.

В первый год реализации Четырнадцатой пятилетки многие заметили, что проектов, «стоящих внимания», стало меньше, чем прежде. Хотя макроэкономические факторы, безусловно, играют свою роль, более фундаментальная причина заключается в том, что сама отрасль вошла в период корректировки.

С точки зрения политики в сфере охраны окружающей среды, период XII пятилетки характеризовался разработкой соответствующих мер, период XIII пятилетки — их полным внедрением, а период XIV пятилетки — корректировкой этих мер.

Опираясь на стабильность 2021 года, в 2022‑м, вероятно, сохранится выраженно оборонительная позиция — как в сфере экологических проверок, так и при реализации политических мер.

Принятие политических решений перешло от широких, масштабных мер к более точному и детализированному подходу, при этом в дальнейшем будет уделяться повышенное внимание глубокому, содержательному и скрупулёзному их осуществлению.

Некоторые друзья, возможно, настроены довольно пессимистично по поводу нынешнего состояния развития отрасли — и это вполне объяснимо. В условиях, когда все одновременно готовятся к возможным непредвиденным обстоятельствам и настраивают свои силы на жёсткую конкуренцию, ни один из участников едва ли сможет легко выйти победителем.

Эпоха бурного роста отрасли охраны окружающей среды подошла к концу, однако эпоха её устойчивого масштабного развития только начинается.

Только те компании в сфере охраны окружающей среды, которые выдержали экономические циклы и изменения в государственной политике, получат возможность занять свою нишу в эпоху масштабной экологической защиты.

Тренд второй

Технологическое обновление

Высокие стандарты при обновлении и пополнении ассортимента

С начала реализации Четырнадцатой пятилетки как политические сигналы, так и фактическая динамика рынка ясно указывают специалистам в сфере охраны окружающей среды на то, что рост традиционных ключевых сегментов — водного хозяйства, воздуха и обращения с твёрдыми отходами — существенно замедляется, при этом на некоторых рынках уже достигнут пик. Напротив, санация почв, начавшаяся позже, чем другие сегменты, по‑прежнему находится в стадии активного рыночного развития.

В целом замедление роста дополнительного сегмента рынка индустрии охраны окружающей среды является ключевой тенденцией — точнее, отражает новую норму. Даже при таком снижении темпов роста охрана окружающей среды по‑прежнему остаётся сверхкрупным рынком и крупнейшим в мире отдельным рынком в сфере охраны окружающей среды.

За последнее десятилетие наша высокоскоростная, интенсивная модель развития успешно справилась с задачами ключевых битв, в значительной степени обеспечив становление и развитие сектора охраны окружающей среды Китая с нуля.

Однако, откровенно говоря, эта стадия развития также характеризуется одной заметной особенностью: низким качеством.

На этом фоне, с точки зрения стратегии в целом, компаниям предстоит либо выходить на новые нишевые рынки роста, либо модернизировать и трансформировать свои существующие рыночные сегменты.

Наше исследование, проведённое в прошлом году, также ясно показало, что ведущие игроки отрасли активно осваивают рыночные возможности, ориентированные на повышение качества и эффективности.

Один из моих знакомых, возглавляющий технологическое направление в ведущей компании отрасли, рассказал, что сегодня они ежемесячно рассматривают множество новых технологий; по приблизительным подсчётам за прошлый год ими было изучено порядка 60–70. Разумеется, по‑настоящему инновационные технологии, обладающие практической инженерной применимостью, встречаются крайне редко.

Однако, под воздействием необходимости повышать качество и эффективность операционной деятельности, их потребность в новых технологиях приобретает крайне острый характер.

В теории в течение следующего десятилетия все объекты природоохранной инфраструктуры будут подвергнуты модернизации и реконструкции в различной степени и масштабе.

Однако стратегия работы с акциями отнюдь не является лёгким путём; в её основе лежит необходимость прокладывать дорогу, по которой мало кто когда‑либо ступал — и ещё меньше способны по‑настоящему ею владеть. Она требует не только страсти, но, что ещё важнее, прочных компетенций.

Помимо повышения качества и эффективности существующего рынка, освоение нишевых дополнительных сегментов также стало стратегическим приоритетом для компаний в сфере охраны окружающей среды.

Мы выяснили, что с прошлого года рост объёма бизнеса у многих ведущих компаний отрасли существенно отличается от прежних тенденций.

Этот поступательный рост предполагает либо выявление новых нишевых сценариев применения наших продуктов или технологий, либо углубление взаимодействия с существующими клиентами, чтобы помочь им решать всё более широкий круг экологических задач.

Проще говоря, при ведении бизнеса существуют два основных варианта:

Во‑первых, одна и та же или сходная технология/продукт распространяется на различных клиентов;

Во‑вторых, один и тот же клиент добавляет различные продукты и решения.

Однако на рынке новых проектов также наметился заметный сдвиг: сегодня они реализуются по высоким стандартам. Разумеется, некоторые могут утверждать, что многочисленные нарушения всё ещё сохраняются; тем не менее в целом требования к новым проектам неуклонно повышаются, а требования к технологическим процессам становятся всё более жёсткими — это уже превратилось в ключевую тенденцию.

В ходе этого процесса старый и новый мир будут сосуществовать, однако тенденция к упадку одного и подъёму другого стала необратимой.

Тренд третий

Низкие ожидания в отношении капитала

Малая логика бизнеса и большая логика политики

Малая логика бизнеса

В период 12‑го и 13‑го пятилетних планов в сектор охраны окружающей среды было привлечено значительное частное капиталовложение, обусловленное простой логикой: заинтересованные стороны широко признавали как перспективность этого сектора, так и его высокий потенциал прибыли.

Даже сегодня, когда речь заходит об отрасли охраны окружающей среды, первая реакция многих всё ещё сводится к тому, что она обладает перспективным развитием и приносит выгодные возможности.

Возможно, это объясняется тем, что сама сущность отрасли охраны окружающей среды воплощает стремление человечества к лучшей жизни: инвестиции в охрану окружающей среды по сути являются вложениями в будущее — и в это общее чаяние на более благополучную жизнь.

В качестве альтернативы эта отрасль может показаться подходящим направлением, способным принести значительную прибыль, что делает её жизнеспособным вариантом в Китае.

Исходя из этих соображений, логика здрава: охрана окружающей среды несомненно является перспективной, ориентированной на будущее сферой роста.

Великая логика политики

Однако после многолетних проб и ошибок капиталисты поняли, что охрана окружающей среды — далеко не самое прибыльное направление деятельности, а в ряде ниш даже отсутствует жизнеспособная бизнес‑модель. Тем не менее, руководствуясь энтузиазмом, компании всё равно вкладывались в эту сферу, лишь чтобы в итоге столкнуться с полным крахом всего предприятия.

Какова основная причина этого?

В целом существует неправильное представление о секторе охраны окружающей среды.

Если говорить более конкретно, исключительное сосредоточение на узкой логике бизнеса упустило из виду более широкую логику политики.

Какова общая политическая логика?

Во‑первых, что касается характера отрасли: охрана окружающей среды не является сугубо коммерческим сектором; она обладает выраженными признаками общественного блага.

Треки с ярко выраженной общественной направленностью, как правило, не допускают извлечения чрезмерной прибыли; этот принцип ещё более актуален в условиях социалистической системы.

Во‑вторых, логика извлечения прибыли: проще говоря, эпоха, когда частные предприятия могли просто использовать деньги для их приумножения, закончилась.

Позвольте привести аналогию, чтобы всем было проще понять:

Раньше на каждые 2 юаня, которыми вы располагали, можно было взять в кредит у финансового учреждения ещё 8 юаней и использовать всю сумму — 10 юаней — для ведения бизнеса.

Сейчас на каждые 5 юаней у вас можно взять в долг ещё 5 юаней у финансового учреждения и использовать всю сумму для ведения бизнеса стоимостью 10 юаней.

В будущем на каждые 8 юаней у вас будет возможность взять в долг у финансового учреждения 2 юаня и использовать их для ведения бизнеса на 10 юаней.

Это снижение уровня заёмного капитала.

Поэтому легко понять, почему у многих компаний выручка сократилась вдвое.

Поскольку у вас в руках никогда не было больше двух юаней, сейчас максимум, на что вы способны, — это сделка на четыре юаня, а в будущем и того меньше.

Логика этого проста: если сама компания не обладает по‑настоящему оригинальными, существенно превосходящими конкурентов технологическими компетенциями, то просто передавать вам все средства на ведение бизнеса — это почти то же самое, что тянуть за ниточки из‑за кулис.

На ранних этапах великой кампании реформ и открытости такие возможности действительно существовали; однако сегодня они становятся всё более редкими, и в конечном счёте эта дверь окончательно закроется.

Какова в настоящее время общая стратегия страны?

Мы поощряем технологические инновации и стремление к национальному развитию через реальный сектор экономики — ведь только решая задачи, которые не под силу другим, и создавая добавленную стоимость, можно претендовать на дополнительные вознаграждения.

Это дополнительное распределение также является вознаграждением со стороны общества, что полностью соответствует экономическим принципам.

За последний год мы убедились: будь то в цифровой среде или в реальном мире, стратегии малого масштаба должны согласовываться с общими, макроуровневыми принципами — лишь то, что соответствует этим более широким принципам, способно выдержать испытание временем.

Таким образом, мы также можем отметить, что отношение капитала к охране окружающей среды становится всё более спокойным и рациональным.

На первый взгляд это может создать впечатление, что индустрия охраны окружающей среды внезапно замедлилась; однако в долгосрочной перспективе это, напротив, является позитивным развитием для отрасли.

Интеграция капитала и промышленности может осуществляться лишь на основе взаимопонимания между двумя сторонами.

Теперь, когда капитал получил более чёткое представление об отрасли охраны окружающей среды, инвесторы начинают снижать свои ожидания по уровню доходности, возвращая их в тот диапазон, который им естественно свойственен.

Это свидетельствует о том, что отрасль вступила в этап рационального развития. Хотя сектор охраны окружающей среды уже не выглядит столь же привлекательно, как прежде, он прекрасно подходит для устойчивого, долгосрочного роста — и многие люди стремятся к нему присоединиться.

Как видно, за последний год число компаний, котирующихся на бирже в секторе охраны окружающей среды, продолжает расти, демонстрируя мощный импульс, позволяющий опередить показатели предыдущих лет.

Поэтому нет причин опасаться, что капитал от вас откажется. Достаточно согласоваться с общей национальной стратегией, придерживаться ориентированного на качество развития и принципа всеобщего процветания, обладать собственными ключевыми технологиями и предлагать продукты и решения, создающие ценность для общества — и общество отплатит вам ещё более щедро, а также всемерно стимулирует талантливых людей вроде вас вносить ещё больший вклад.

В отрасли охраны окружающей среды мечта о быстром обогащении угасла, но путь к богатству по‑прежнему остаётся открытым.

Тренд четвёртый

Сближение конкуренции

Внутренняя конкуренция и внешнее брачное предложение

Индустрия охраны окружающей среды известна своей чрезвычайно высокой конкуренцией.

Превращение площадки для проведения торгов в арену соревнований, офиса заказчика — в поле битвы, а строительной площадки — в место состязаний — всё это мы уже реализовали.

Однако по мере того как логика развития трансформируется, а уровень осведомлённости собственников недвижимости повышается, возможности для внутренней конкуренции между участниками отрасли становятся всё более редкими — хотя локальные конфликты время от времени всё же неизбежно возникают.

Однако в целом, после масштабной конкуренции отрасль вступила в новую фазу: заинтересованные стороны стали мыслить более творчески — очевидно, что полагаться исключительно на конкуренцию — не путь вперёд.

Иными словами, раньше все в основном сосредотачивались на прямой конкуренции с несколькими хорошо знакомыми соперниками в рамках собственной отрасли; сегодня же акцент смещён на установление более широких связей между различными отраслями и секторами.

Отличительной особенностью отрасли охраны окружающей среды является то, что между участниками рынка нередко складываются прочные деловые связи; множество возможностей для сотрудничества и расширения деятельности обеспечивается благодаря рекомендациям и знакомствам, полученным через отраслевые контакты.

Хотя ваши компании могут различаться — от очистки воды и управления пищевыми отходами до обращения с опасными отходами, контроля качества воздуха, экологического тестирования и мониторинга, а также фотоэлектрических технологий — вы, вероятно, обслуживаете одни и те же сегменты клиентов, либо ваши соответствующие компетенции можно задействовать на синергетической, межфункциональной основе. Более того, ключевые сотрудники высокого уровня, которые вам необходимы, нередко работают в одном и том же подразделении, что создает широкие возможности для взаимодействия между этими направлениями.

Способность привлекать партнёров извне организации — по сути, умение выстраивать сложные вертикальные и горизонтальные сети — стала ключевой «мягкой» компетенцией для многих компаний в сфере охраны окружающей среды. Развитие этой способности, позволяющей использовать дополнительные возможности, также служит средством снижения давления, обусловленного жёсткой внутренней конкуренцией.

Согласно этой логике, когда умение налаживать связи превосходит боевые навыки, мы наблюдаем сотрудничество между представителями отрасли, раскрывающее огромный потенциал для роста бизнеса.